«Варвар»: обзор фильма — бескомпромиссный и безумный хоррор, который ломает жанровые правила

Содержание7 разделов · нажмите, чтобы развернуть

Если вы ищете фильмовый аттракцион, способный по-настоящему выбить землю из-под ног, «Варвар» (Barbarian) режиссёра Зака Креггера — главный кандидат на вечерний просмотр. Это дерзкое, дискомфортное и шокирующее кино, которое намеренно уничтожает личные границы зрителя. Фильм умело маскируется под камерный психотриллер о неудачной аренде жилья, но затем совершает несколько немыслимых сюжетных кульбитов, превращаясь в смесь эксплуатационного хоррора, гротескного монстр-муви и злобной социальной сатиры. Смотреть его однозначно стоит, особенно в компании: такое количество неожиданных поворотов и взрывных эмоций в современном жанровом кинематографе встречается крайне редко.

Сюжетная ловушка: когда бытовой дискомфорт перерастает в кошмар

История начинается с ситуации, знакомой каждому, кто хоть раз пользовался сервисами вроде Airbnb или Uber. Всё наше цифровое общество держится на слепом доверии к незнакомцам, и именно эту уязвимость Зак Креггер делает стартовой площадкой для кошмара.

Молодая женщина Тесс (Джорджина Кэмпбелл) приезжает поздно ночью в Детройт на собеседование. Дождь льет как из ведра, район выглядит жутковато и заброшенно, а цифровой замок арендованного дома не открывается. Выясняется, что произошла накладка в системе бронирования: внутри уже живет молодой человек по имени Кит (Билл Скарсгард). Не имея альтернатив в незнакомом городе посреди ночи, Тесс соглашается остаться и переждать до утра.

С самого начала экранное пространство пропитано аутентичным гендерным напряжением. Кит ведет себя подчеркнуто вежливо: предлагает чай, открывает новое постельное белье, пытается разрядить обстановку шутками и заверениями, что он «еще один нормальный парень». Но для одинокой женщины в чужом доме любая чрезмерная любезность незнакомого мужчины выглядит подозрительно. Тесс обоснованно держит дистанцию, замирает от каждого движения и запирает двери на засов в каждой комнате, где оказывается.

Настоящий кошмар начинается на следующий день, когда Кит уходит, а Тесс случайно обнаруживает в подвале потайную дверь, за которой скрывается пугающая система подземных туннелей, секретные спальни с видеокамерами и свидетельства прошлых ужасных событий. И это лишь первая верхушка айсберга, скрывающегося в детройтских трущобах.

Режиссура и визуальный язык: кадрами, светом и монтажом по нервам

Зак Креггер показывает себя мастером манипуляции зрительским вниманием. Фильм буквально сшит из двух разнородных частей с филигранной жесткостью, напоминающей почерк Кожаного лица: первая половина представляет собой медленно закипающий триллер о замкнутом пространстве, а вторая — стремительный, кровожадный и комедийно-жестокий хоррор.

Операторская работа в первом акте работает на усиление паранойи Тесс:

• Камера часто фиксирует Кита в дверных проемах так, что его силуэт нависает над героиней, вызывая подсознательное чувство угрозы.
• Используются узкие фокусные расстояния и крупный план замков, задвижек и щелей, подчеркивая клаустрофобию и хрупкость барьера между безопасностью и вторжением.
• Контраст между уютным, теплым светом торшеров в гостиной и пронзительной черной бездной за дверью в подвал создает физическое ощущение тревоги.

Когда сюжет уводит героев в подземные лабиринты, визуальный стиль кардинально меняется. Камера начинает следовать за персонажами с помощью длинных пролетов, а освещение сводится к тусклым лучам фонариков. Создается атмосфера удушающего бегства, вызывающая стойкие ассоциации с классикой вроде «Спуска» (The Descent) или испанского репортажного хоррора «[REC]».

Звуковой дизайн и монтажные склейки подливают масла в огонь. Креггер резко обрывает тихие, напряженные сцены оглушительными, гремящими звуковыми акцентами. Но в отличие от дешевых скримеров, эти шоковые моменты работают на драматургию: они подчеркивают, насколько стремительно рушится иллюзия контроля у главных героев.

Актерские работы: от лицемерной вежливости до токсичного нарциссизма

Актёрский ансамбль «Варвара» — одна из главных причин, почему сюжетные повороты срабатывают с такой силой.

Джорджина Кэмпбелл великолепно передает эволюцию своей героини. Ее Тесс — не просто типичная «финальная девушка», совершающая глупости ради движения сюжета. Она действует разумно, постоянно взвешивает риски, но оказываются втянутой в катастрофу из-за человеческой эмпатии и цепочки фатальных совпадений. Кэмпбелл заставляет искренне сопереживать своей героине, проходя вместе с ней через все круги адского подземелья.

Билл Скарсгард, за которым закрепилась репутация пугающего актера после роли Пеннивайза, играется со зрительскими ожиданиями. Каждую секунду его пребывания на экране мы ждем от него подвоха. Скарсгард балансирует на грани между искренним дружелюбием и скрытой угрозой, удерживая зрителя в постоянном подозрении.

Настоящим украшением второй половины фильма становится появление Джастина Лонга в роли телевизионного режиссера Эй-Джея (AJ). Его персонаж — эгоистичный, нарциссичный голливудский деятель, сталкивающийся с обвинениями в сексуализированных домогательствах и отбором имущества.

Лонг отыгрывает своего героя с невероятной комедийной и одновременно отвратительной тональностью. Эй-Джей приезжает в Детройт, чтобы оценить принадлежащую ему недвижимость (тот самый дом), и демонстрирует полную слепоту к чужой боли, думая только о собственном кошельке и репутации. Креггер не пытается вызвать к Эй-Джею ни капли сочувствия. Это мерзкий, ничтожный тип, чья мизогиния и низость прописаны с прямолинейностью, создающей контрастный и жгучий социальный комментарий.

Социальный подтекст и жанровая чехарда: что «Варвар» говорит о современном обществе

За внешней формой кровавого аттракциона скрывается язвительная сатира. Фильм касается нескольких чувствительных тем, от разрушения американской инфраструктуры до движения #MeToo и культуры отмены.

Повествование совершает скачки во времени, показывая район Детройта в разные эпохи:

• Процветающий, ухоженный пригород середины прошлых десятилетий.
• Постепенное запустение, экономический упадок и превращение улиц в бедную, разрушенную пустошь.
• Современное состояние, где заброшенные дома продаются за бесценок, а их владельцы даже не представляют, что происходит в их фундаментах.

Креггер сопоставляет системное гниение целого города с моральным гниением отдельных людей. Подземные туннели под домом превращаются в метафору замалчиваемых преступлений, патриархального насилия и травм, о которых общество предпочитало не говорить годами.

При этом «Варвар» не превращается в назидательную лекцию. Фильм сжигает любые зоны комфорта и обрушивает на токсичных персонажей гиперболизированное, кровожадное и невероятно заслуженное наказание. Креггер смело превращает травмы в оружие, комбинируя элементы триллера про серийных убийц, слейзплотейшна и фильмов о подземных монстрах в духе «У холмов есть глаза» (The Hills Have Eyes).

Хоррор-контекст 2022 года: где находится «Варвар» среди других главных релизов жанра

Чтобы лучше понять место «Варвара» в современном синематографе, стоит взглянуть на контекст 2022 года, который выдался чрезвычайно богатым на сильные жанровые работы. В отличие от претенциозных или строго ностальгических картин, лента Зака Креггера выделяется бунтарской натурой и бескомпромиссным желанием шокировать.

Если сравнивать фильм с «X» Тая Уэста, то обе картины объединяет любовь к классическому эксплуатационному кино. Однако Уэст конструирует стильный, душный южный слэшер в духе «Техасской резни бензопилой», где порнография 70-х переплетается с исследованием молодости и увядания. Актерские работы Дженны Ортеги, Бриттани Сноу, Кид Кади и Мии Гот создают эстетскую мозаику. «Варвар» на фоне «X» выглядит куда более хаотичным и диким вызовом традиционной структуре.

В свою очередь, «Черный телефон» (The Black Phone) Скотта Дерриксона и С. Роберта Каргилла предлагает зрителям более традиционную историю выживания с паранормальным подтекстом. Картина держится на мрачном образе похитителя детей «Граббера» в исполнении Итана Хоука (с великолепным дизайном маски от Тома Савини) и игре юных актеров Мэйсона Темза и Мадлен Макгроу. Дерриксон уверенно трансформирует пространство подвала, меняя масштаб от клаустрофобного до огромного, но в финале оставляет зрителю надежду. «Варвар» же намеренно лишает любой уютной надежды, погружая в грязь и безумие без извинений.

Масштабный «Нет» (Nope) Джордана Пила работает на территории спилберговского научно-фантастического зрелища с элементами «Сумеречной зоны». Пил с актерами Дэниэлом Калуя, Кики Палмер и Стивеном Ёном размышляет об исследовании человеческой страсти к опасным зрелищам и вытеснении меньшинств из истории Голливуда. Это блокбастерный хоррор высокого полета. Зак Креггер в «Варваре» действует тоньше в смысле бюджета, но гораздо агрессивнее в подаче, сбивая со зрителя спесь без лишнего академизма.

Пятая часть франшизы «Крик» (Scream) от команды Radio Silence потрошит штампы перезапусков и токсичную фанатскую культуру с помощью меткого мета-юмора. Дженна Ортега, Мелисса Баррера и ветераны Нив Кэмпбелл, Кортни Кокс и Дэвид Аркетт выдают жестокую реквел-бойню. «Варвар» же отказывается от мета-иронии в пользу прямого, физического взаимодействия со страхами аудитории.

Норвежская лента «Взрослые» / «Невинные» (The Innocents) представляет собой неспешный, выдержанный скандинавский хоррор о детях с неуправляемыми сверхспособностями. Картина безгламурно исследовала метафору детской жестокости и потери невинности. «Варвар» выбирает кардинально иной темп: вместо неспешного наблюдения он бросает зрителя на американские горки без поручней безопасности.

Дебютный триллер Хлои Окуно «Наблюдатель» (Watcher) с Майкой Монро и Берном Горманом строит тревогу на социальной паранойе и вуайеризме за границей. Фильм подсвечивает реальные ужасы, когда общество обесценивает страхи женщин перед сталкерами. «Варвар» начинается с похожей бытовой тревоги Тесс в чужом городе, но очень быстро трансформирует реальный социальный страх в монструозный гиньоль.

На фоне всех этих заметных релизов «Варвар» выделяется своей абсолютной непредсказуемостью. Фильм не боится менять жанр прямо посередине повествования, забрасывать зрителя омерзительными деталями и пускать титры в тот момент, когда пульс всё ещё зашкаливает.

Что не сработало: шероховатости и завышенные риски

При всех достоинствах у «Варвара» есть особенности, которые могут отпугнуть часть аудитории:

• Структурная рваность. Резкая смена тональности и фокуса внимания между актами ломает традиционный ритм. Переход от тонкого психологического напряжения к прямолинейному гротеску и черной комедии понравится не всем.
• Нарочитая прямолинейность сатиры. Линия Эй-Джея прописана максимально плакатно. Некоторым зрителям его персонаж и происходящее с ним наказание могут показаться слишком топорными и отвлекающими от основной атмосферы ужаса.
• Экстремальный эксплуатационный стиль. Использование тяжелых тем, откровенного насилия, изуродованных существ и видов расчлененных тел возвращает к стилистике жестоких хорроров 2000-х годов. Это кино не стремится быть «возвышенным» (elevated horror) и легко вызовет отторжение у любителей более сдержанных драматических историй.

Итог

«Варвар» — это дикий, комедийно-жестокий и освежающе непредсказуемый хоррор-аттракцион, который идет полностью вразрез с привычными жанровыми трендами. Зак Креггер сотворил настоящий сенсорный шок, соединив бытовую тревогу, подземное безумие и злобный социальный комментарий. Кино держится на отличных актерских работах Джорджины Кэмпбелл и Джастина Лонга, а также на операторской работе, мастерски играющей с замкнутыми пространствами.

Фильм идеален для просмотра в компании фанатов жанра, готовых к безумным сюжетным виражам и кровавому катарсису. В оригинальной рецензии IGN фильм получил высокую оценку — 8 из 10, а зрители оценили картину достойно: на Кинопоиске рейтинг составляет 6.6 из 10 (на основе более 86 тысяч голосов), на IMDb — 7.0 из 10 (свыше 256 тысяч голосов). Если вы готовы ослабить защиту и погрузиться в непрерывный двухчасовой кошмар, «Варвар» определенно стоит вашего времени.